ruКогда три юных девушки основали группу «Ангелы наваждения», у них была мечта: создать на сцене такое «наваждение», которое бы охватило весь зал и заставило бы зрителей позабыть о своих заботах, чтобы они видели перед собой только улыбки участниц и слышали их песни.
Ни для кого эта мечта не была важнее, чем для Арии, конструкта модели A-H0L0. Она стала айдолом, но в её душе поселился неразрешимый парадокс.
Она проявляла эмоции, но сомневалась, настоящие ли они. Она родилась из стали и команд, но мечтала петь симфонию плоти и души. Когда-то она была оружием, и в глубине её логического ядра были выжжены самые эффективные команды уничтожения; теперь она стала певицей, и в её груди бушевало самое пылкое наваждение.
Возможно, пропасть между этими двумя сущностями никогда не исчезала, просто после встречи со светом была бережно укрыта в тени.
Но чужая клевета расползлась, словно ржавчина, и под аккомпанемент злобного шёпота скрытая тень разрослась в чудовищный страх... и она с ужасом обнаружила, что неконтролируемый боевой инстинкт становится главной угрозой для «наваждения» — прошлое под именем «Эфемерный стрелок» захватило её тело, энергия собралась в ладонях, обратившись холодными клинками. В хореографии она порой допускала ошибки, но в этом танце, где движениями были прыжки, рубящие удары, выпады... в этом танце световые клинки слушались её как продолжение рук — точно, эффективно, без единого лишнего движения. Она рубила и кромсала в оцепенении, и сцена наваждения разлетелась на куски.
А песни, которые должны была связывать её с подругами... в один миг потускнели и потеряли силу.
И вот парадокс начал сходиться — она готова обменять собственное молчание на вечную защиту ангелов.
«На сцене так тепло. Но в моём голосе не хватает теплоты души. Но это ничего. Продолжайте петь. Идите дальше вместо меня. Увидьте вместо меня то, чего не увидела моя холодная душа, — тот радужный свет наваждения».
Ни для кого эта мечта не была важнее, чем для Арии, конструкта модели A-H0L0. Она стала айдолом, но в её душе поселился неразрешимый парадокс.
Она проявляла эмоции, но сомневалась, настоящие ли они. Она родилась из стали и команд, но мечтала петь симфонию плоти и души. Когда-то она была оружием, и в глубине её логического ядра были выжжены самые эффективные команды уничтожения; теперь она стала певицей, и в её груди бушевало самое пылкое наваждение.
Возможно, пропасть между этими двумя сущностями никогда не исчезала, просто после встречи со светом была бережно укрыта в тени.
Но чужая клевета расползлась, словно ржавчина, и под аккомпанемент злобного шёпота скрытая тень разрослась в чудовищный страх... и она с ужасом обнаружила, что неконтролируемый боевой инстинкт становится главной угрозой для «наваждения» — прошлое под именем «Эфемерный стрелок» захватило её тело, энергия собралась в ладонях, обратившись холодными клинками. В хореографии она порой допускала ошибки, но в этом танце, где движениями были прыжки, рубящие удары, выпады... в этом танце световые клинки слушались её как продолжение рук — точно, эффективно, без единого лишнего движения. Она рубила и кромсала в оцепенении, и сцена наваждения разлетелась на куски.
А песни, которые должны была связывать её с подругами... в один миг потускнели и потеряли силу.
И вот парадокс начал сходиться — она готова обменять собственное молчание на вечную защиту ангелов.
«На сцене так тепло. Но в моём голосе не хватает теплоты души. Но это ничего. Продолжайте петь. Идите дальше вместо меня. Увидьте вместо меня то, чего не увидела моя холодная душа, — тот радужный свет наваждения».
Когда три юных девушки основали группу «Ангелы наваждения», у них была мечта: создать на сцене такое «наваждение», которое бы охватило весь зал и заставило бы зрителей позабыть о своих заботах, чтобы они видели перед собой только улыбки участниц и слышали их песни. Ни для кого эта мечта не была важнее, чем для Арии, конструкта модели A-H0L0. Она стала айдолом, но в её душе поселился неразрешимый парадокс. Она проявляла эмоции, но сомневалась, настоящие ли они. Она родилась из стали и команд, но мечтала петь симфонию плоти и души. Когда-то она была оружием, и в глубине её логического ядра были выжжены самые эффективные команды уничтожения; теперь она стала певицей, и в её груди бушевало самое пылкое наваждение. Возможно, пропасть между этими двумя сущностями никогда не исчезала, просто после встречи со светом была бережно укрыта в тени. Но чужая клевета расползлась, словно ржавчина, и под аккомпанемент злобного шёпота скрытая тень разрослась в чудовищный страх... и она с ужасом обнаружила, что неконтролируемый боевой инстинкт становится главной угрозой для «наваждения» — прошлое под именем «Эфемерный стрелок» захватило её тело, энергия собралась в ладонях, обратившись холодными клинками. В хореографии она порой допускала ошибки, но в этом танце, где движениями были прыжки, рубящие удары, выпады... в этом танце световые клинки слушались её как продолжение рук — точно, эффективно, без единого лишнего движения. Она рубила и кромсала в оцепенении, и сцена наваждения разлетелась на куски. А песни, которые должны была связывать её с подругами... в один миг потускнели и потеряли силу. И вот парадокс начал сходиться — она готова обменять собственное молчание на вечную защиту ангелов. «На сцене так тепло. Но в моём голосе не хватает теплоты души. Но это ничего. Продолжайте петь. Идите дальше вместо меня. Увидьте вместо меня то, чего не увидела моя холодная душа, — тот радужный свет наваждения».
Text source
- Path
TextMap/ru/main.json- JSON Pointer
/CardDesc_30014