ContentReadable 285461
Было время, когда первобытный яд и первозданный свет столкнулись в уголке, недоступном взору небес.
Если любовь, страсть и честолюбие, превосходящие сам мир, должны были воплотиться в жизнь, им необходимо было дать росток в месте, скрытом от чужих глаз.
То была идея, невозможная даже при малейшем отклонении от курса, эксперимент, отделённый от вселенского безумия лишь одной тончайшей чертой.
Как если бы кто-то направлял руку судьбы, снова и снова заставляя монету падать орлом вверх, чтобы получить нужный результат.
Должно быть, лишь когда границы заколебались, некая возможность смогла пробиться сквозь бесчисленные оковы и быть воплощённой абсурдным замыслом.
Жили когда-то люди, которым вождь Снежной страны, отягощённый грехами и раскаянием, поручил отправиться на поиски.
Они должны были отыскать лестницу к пустующему звёздному престолу и дорогу в мир, навеки свободный от печалей.
Бесчисленные дни, проведённые в тяжёлых трудах, бесчисленные запреты, которые пришлось нарушить, бесчисленные экспедиции в руины древних цивилизаций -
и вот та грёза, которую некогда взлелеяли в золотом царстве, вывела из тени исполинский зародыш.
Скользнув взглядом по княгине-снегурочке и длинноволосому мрачному алхимику, седовласый домовой Альвис поднялся со своего высокого стула.
Добродушный, но холодный старик, великий князь Китежграда, державший в своих руках все горные промыслы города с момента его основания, сказал, поднимая в её честь свой кубок:
«Трудно представить, что столь великое деяние в конечном итоге было завершено людьми. Но мы все знаем,
как много ты сделала, чтобы за одну короткую жизнь достичь и даже превзойти всё, что было до нас, Аксинья.
Мы знаем, каких трудов тебе это стоило. И ты по праву можешь гордиться этим».
Получить подобную оценку от великого князя-домового, который всегда относился к людям с холодным безразличием, было очень непросто.
Девушка вспомнила их первую встречу, глубокое отвращение и страх перед человечеством, которые читались в его глазах.
Но теперь это не имело значения: надежды и обиды альвов были ничтожны по сравнению с грандиозной мечтой владыки снега и льда.
Кроме того, этот домовой, неоднократно появлявшийся в истории заснеженной страны, щедро делился с ней своими знаниями,
давал советы по многим вопросам. В некотором смысле он уже стал для девушки с седыми волосами и наставником, и другом.
Она подняла свой кубок - ту чашу, где уместилось столько горечи. Плеснувшее через край вино побежало вниз по стенкам.
В глазах домового Аксинья увидела тёплую, искреннюю привязанность, такую, какую испытывает старший к младшему.
Было время, когда первобытный яд и первозданный свет столкнулись в уголке, недоступном взору небес. Если любовь, страсть и честолюбие, превосходящие сам мир, должны были воплотиться в жизнь, им необходимо было дать росток в месте, скрытом от чужих глаз. То была идея, невозможная даже при малейшем отклонении от курса, эксперимент, отделённый от вселенского безумия лишь одной тончайшей чертой. Как если бы кто-то направлял руку судьбы, снова и снова заставляя монету падать орлом вверх, чтобы получить нужный результат. Должно быть, лишь когда границы заколебались, некая возможность смогла пробиться сквозь бесчисленные оковы и быть воплощённой абсурдным замыслом. Жили когда-то люди, которым вождь Снежной страны, отягощённый грехами и раскаянием, поручил отправиться на поиски. Они должны были отыскать лестницу к пустующему звёздному престолу и дорогу в мир, навеки свободный от печалей. Бесчисленные дни, проведённые в тяжёлых трудах, бесчисленные запреты, которые пришлось нарушить, бесчисленные экспедиции в руины древних цивилизаций - и вот та грёза, которую некогда взлелеяли в золотом царстве, вывела из тени исполинский зародыш. Скользнув взглядом по княгине-снегурочке и длинноволосому мрачному алхимику, седовласый домовой Альвис поднялся со своего высокого стула. Добродушный, но холодный старик, великий князь Китежграда, державший в своих руках все горные промыслы города с момента его основания, сказал, поднимая в её честь свой кубок: «Трудно представить, что столь великое деяние в конечном итоге было завершено людьми. Но мы все знаем, как много ты сделала, чтобы за одну короткую жизнь достичь и даже превзойти всё, что было до нас, Аксинья. Мы знаем, каких трудов тебе это стоило. И ты по праву можешь гордиться этим». Получить подобную оценку от великого князя-домового, который всегда относился к людям с холодным безразличием, было очень непросто. Девушка вспомнила их первую встречу, глубокое отвращение и страх перед человечеством, которые читались в его глазах. Но теперь это не имело значения: надежды и обиды альвов были ничтожны по сравнению с грандиозной мечтой владыки снега и льда. Кроме того, этот домовой, неоднократно появлявшийся в истории заснеженной страны, щедро делился с ней своими знаниями, давал советы по многим вопросам. В некотором смысле он уже стал для девушки с седыми волосами и наставником, и другом. Она подняла свой кубок - ту чашу, где уместилось столько горечи. Плеснувшее через край вино побежало вниз по стенкам. В глазах домового Аксинья увидела тёплую, искреннюю привязанность, такую, какую испытывает старший к младшему.
Evidence locale: ru
Text source
- Path
Readable/RU/Relic15046_1_RU.txt- JSON Pointer
/
